Блог Михаила Ахремцева

Русский язык в Молдове: интеграция или дезинтеграция?

in СтандАРТное by

Выступление на IX Международной школе молодых политологов «Интеграционные процессы на постсоветском пространстве: проблемы и перспективы».
Российский институт стратегических исследований.

Уважаемые коллеги, дорогие друзья.
Я постараюсь быть краток и в силу ограниченного отведённого мне на выступление времени — во многом, пройдусь по верхам, многое пропущу. Но суть, постараюсь не потерять.
Итак, 23 июня 1990 года Парламент принял Декларацию о суверенитете Республики Молдова. 27 августа 1991 года Парламент Республики Молдовы принял Декларацию о независимости. Формально – этот день считается Днем независимости Молдовы. Неформально же… Молдавия, не была уникальна в своем решении стать суверенным государством – как вы прекрасно знаете, организованный тогда парад суверенитетов, прошел во всех республиках, состоявших до того момента в составе единого Союза – Союза Советских Социалистических Республик.
Страны Прибалтики, Грузия, Армения, Украина… Тем не менее, история обретения своего суверенитета Молдовой – несколько отлична. Мы, граждане страны, в большинстве своем, на тот момент независимости и суверенитета – не просили. Ни на молдавском, на которым разговаривали или который как минимум понимали — большинство граждан, ни на русском – на котором общалось две трети. Я не говорю о том, относительно небольшом проценте националистов и унионистов (сторонников объединения с Румынией), который существовал уже тогда и – остался в стране и поныне. 10-15 процентов. Не более. Я говорю о том полиэтническом многообразии жителей, которые на тот момент проживали на территории новоявленной суверенной Республики. Да-да, помимо молдаван – на тот момент национальные меньшинства составляли 35,5% населения. Говорили они, в большинстве своем, также на русском языке.
Положение Молдовы усложнилось еще и потому, что люди входившие в верхушку нашего государства в Кишиневе, оказались попросту не готовы перенять бразды правления у бывшего Центра в Москве. Кто-то, посчитал упавший с неба суверенитет ошибкой, для кого-то, — это выглядело как начало смутного времени, а кто-то — воспринял объявление независимости Молдовы – лишь как переходный этап, на ее пути к вхождению в состав соседней Румынии. Так получилось, что именно эта, третья группа оказалась на тот момент наиболее деятельной. И, именно это и стало причиной, по которой страна практически сразу после объявления независимости – раскололась на три части: Приднестровье, Гагаузию и собственно Молдову.
Формально, первым тревожным звонком стал отказ властей, принимать участие в Референдуме о сохранении СССР. Последовавшие вслед за этим события на Днестре в 90-92м, в результате которых страна была расколота на две части – лишь подтвердили неготовность тогдашней правящей верхушки к построению государства, единого для всех граждан, проживающих на его территории. Гагаузия, едва не отколовшаяся вслед за Приднестровьем, получившая статус автономии в 1994-м – еще одно доказательство.
Всего этого можно было бы избежать, займи тогдашние власти Молдовы – несколько иную позицию в отношении русского языка и национальных меньшинств. Вся история Молдовы пошла бы по совершенно иному, гораздо более успешному сценарию.
Что было далее? Расколотая на части страна, вопреки многочисленным прогнозам – так и не стала частью Румынии. Несмотря на прессинг как извне, так и изнутри – жители Молдовы воспротивились идее объединения двух государств. Тем не менее, руководством РМ было принято решение о постепенной «интеграции» Молдовы в Румынию. И способствовать этому должно было построение унитарного государства – ориентированного на одну нацию и один язык – румынский. Национальным меньшинствам и русскоязычному населению РМ, в этом плане отводилась роль постепенно исчезающего фактора. Даже несмотря закрепленные на уровне Конституции РМ за национальными меньшинствами права на сохранение, а за русским языком – статуса языка межнационального общения в законе «О функционировании языков на территории Республики Молдова».
Начиная с 1991 года, из большинства сфер и областей в РМ – началось планомерное выдавливание людей «не той национальности». По задумке руководства – все или большинство постов в стране должны были занимать лишь представители титульной нации. Причем дискриминация, шла в первую очередь, по языковому признаку: говоришь ты на государственном или нет – от этого зависело порой примут ли тебя на работу… или обслужат ли тебя в магазине. Доходило до откровенно-бытового национализма – когда от тебя на улице требовали «перестать говорить на русском» и «говорить на румынском». При этом, хочу повторить – это происходило в стране, в которой по официальным данным национального бюро статистики – проживает порядка ста этносов. В стране, в которой опять-таки по официальным данным, почти 80 процентов на тот момент владели русским языком. Кстати о языке: попутно, шло насильственное сужение сферы функционирования русского языка. Открыто нарушалось как внутреннее законодательство, так и положения Рамочной конвенции Совета Европы по защите нацменьшинств. Начал «вымываться» русский язык и из сферы образования: в молдавских школах он потерял статус обязательного. Все это вместе взятое, должно было позволить в среднесрочной перспективе ассимилировать, интегрировать, или же в той или иной степени избавиться от русскоязычного населения и национальных меньшинств, не вписывающихся в новую реальность.
На сегодняшний день, спустя четверть века с момента обретения Молдовой независимости – положение национальных меньшинств и русского языка в стране – по-прежнему остается весьма незавидным. Даже несмотря на то, что русский язык является родным для более чем миллиона граждан Молдовы, среди которых не только русские, но и украинцы, молдаване, евреи, болгары, гагаузы, белорусы – около 23% населения. Ещё для порядка 45% граждан русский язык является вторым, которым они свободно владеют. И все же – эти цифры не благодаря, а вопреки.
Казалось бы, — вот ведь парадокс: жителям максимально усложняют изучение и использование языка и ограничивают доступ к информации, а процент граждан, использующих его в повседневной жизни практически не убывает. На самом деле, секрет такой популярности и живучести русского языка в Молдове – прост. Наша страна, находится в сфере влияния так называемого Русского мира: это касается и науки, и культуры, и православия. Более того, владеть русским языком выгодно и с экономической точки зрения – по-прежнему с СНГ в целом и с Россией в частности – нас связывают многочисленные партнерские бизнес-связи. Да что там говорить – даже сегодня, даже сейчас, на территории Российской Федерации находятся только лишь по официальной статистике – порядка 500 тысяч наших молдавских граждан. Неофициальная цифра, — в полтора раза выше. Отдельным пунктом, стоит отметить внушительное число смешанных браков, при которых один из родителей-русскоязычный, обучал ребенка языку независимо от получения им языковых навыков в учебных заведениях страны. Весь этот массив, невозможно «интегрировать» за 25 лет. Более того – тем способом, которым это делается – на то, чтобы его «перековать», уйдет лет эдак 100…
Что примечательно, об открытой дискриминации по языковому и национальному признаку, говорят не только сами граждане Молдовы – об этом же говорят прямым текстом и эксперты влиятельных европейских структур.
В марте этого года, консультативный комитет Совета Европы обнародовал заключение о соблюдении Молдовой Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств. Европейские эксперты четвертый раз за последние 20 лет оценивали выполнение обязательств, взятых властями страны перед национальными меньшинствами в целом и русскоязычными гражданами в частности. Так в Совете Европы сделали вывод о том, что использование русского языка в межэтническом общении является объективной необходимостью и не наносит ущерба функционированию других языков. Тем не менее, согласно заключению наблюдателей, в Молдове по-прежнему не созданы условия для того, чтобы можно было говорить о единой гражданской идентичности, уважающей многообразие. Как говорится в докладе консультативного комитета, языковое и этническое разделение накладывается на дифференциацию по принципу Восток – Запад и вносит свой вклад в раскол молдавского общества на две группы: русскоязычные и говорящие на государственном языке.
Языки нацменьшинств продолжают преподавать только в русскоязычных школах, число которых год за годом насильственно сокращается. Прикрываясь положениями об «оптимизации», то бишь экономии на образовании и школах – власти цинично закрывают в первую очередь русскоязычные школы. Попутно, у все еще существующих школ возникают проблемы с адекватным предложением учебных материалов и возможностью для обучения преподавателей. Ситуация усугубляется введением в действие в 2014 году Кодекса об образовании, в котором русский язык упоминается лишь один раз, как иностранный, который преподается по желанию администрации.
Еще более плачевно выглядит ситуация, если взглянуть на процент вовлеченности нацменьшинств и русскоязычных граждан в жизнедеятельность страны. На сегодняшний день, действия молдавских властей были направлены на сведение прогресса в отношении эффективности участия нацменьшинств в общественной жизни – к минимуму. И, стоит отметить – они своего действительно добились. Представленность русскоязычных как в выборных органах, так и в государственном управлении, в основном, ограничивается местным уровнем, в то время как госучреждения на центральном уровне становятся всё более моноэтничными, а иные языки помимо румынского – из государственных структур вытеснены практически полностью. Мнения русскоязычных, принадлежащих к национальным меньшинствам, практически не учитываются в процессах принятия решений, которые имеют отношение к их же проблемам. Большая часть из официальных сайтов министерств, сайт парламента страны – не переведены на русский язык (хотя у сайта парламента — есть французская версия). Русский полностью ушел не только из сферы государственной — делопроизводство в коммерческих фирмах и общественных организациях – также уже ведется на румынском.
Более того – все более частыми становятся случаи, когда работники госструктур, судов и прокуратуры, сфер здравоохранения и соцзащиты отказывают гражданам на основании незнания ими государственного молдавского языка. И это, несмотря на то, что согласно Конституции – они не имеют права на подобные действия.
Совет по предупреждению и ликвидации дискриминации, в чьи обязанности входит рассмотрение жалоб граждан о случаях нарушения их прав по этническому и лингвистическому признакам – в последние годы практически никак не задействован.
Отдельно, стоит отметить войну, объявленную русскому языку на официальном уровне и проводимую молдавскими масс-медиа. Так молдавский Координационный совет по телевидению и радиовещанию – орган проверяющий и регламентирующий деятельность отечественных СМИ – не только ограничивал вещание русскоязычных телеканалов на территории РМ, не только регулярно запрещал отдельные телеканалы и требовал «не пущать в Молдову» представителей российской прессы – но даже на законодательном уровне в какой-то момент начал диктовать новые правила русского языка, обязательные к исполнению на территории Молдовы – так были заменены названия топонимов, имеющие, по мнению властей, излишне русскую огласовку. Так из списка молдавских городов исчезли Бельцы, Кишинев, Оргеев, Дондюшаны и т.п.… Вместо них – на карте появились «Бэлць», «Кишинэу», «Орхей», «Дондюшень».
Журнал Global Finance опубликовал в ежегодный отчет о состоянии финансового сектора во всем мире за 2016 год. Молдова, в нем расположилась на 136 месте из 189. Чуть выше чем Никарагуа и Гондурас и чуть ниже чем Пакистан и Судан. При этом, издание отнесло нашу страну в список «стран с чрезвычайно хрупкими и недоразвитыми экономиками, которые прошли недавно через гражданскую войну или которые находятся посреди религиозного или этнического конфликта». Можно до хрипоты спорить, возражать, не соглашаться с авторами отчета и тем не менее – взаимосвязь между экономическим благосостоянием и положением этнических и языковых меньшинств в случае с нашей страной – прослеживается очень четко. В нашем случае налицо и конфликт на Днестре, едва не переросший в полномасштабную гражданскую войну. И разобщенность населения по языковому и этническому принципу. Да что там говорить – две из трех составляющих Молдову в ее нынешнем своем состоянии, — зависят полностью от отношения к русскому языку и его носителям в республике в целом. Я говорю о входящей в состав автономии Гагаузия, не собирающейся отказываться от использования у себя русского языка и о территории непризнанной Приднестровско-молдавской Республики, которая уже четверть века как провозгласила свою территорию домом для граждан всех национальностей, повысив статус русского языка до государственного.

За несколько дней до поездки, в Молдове произошло целых три события, связанных с русским языком.
Во-первых, были обнародованы результаты переписи 2014. Спустя три года, национальное бюро статистики, поведало гражданам Молдовы о том, что в стране русский язык считают своим родным — 13,5%. 53% говорят на молдавском и 23% на румынском. Порядка 70% если верить переписи — по прежнему свободно владеют двумя языками.
Во-вторых, — президент Молдовы предложил вернуть в обязательную учебную программу молдавских школ – русский язык. Заявление это было встречено волной негодования в парламенте и акциями протестов на которые вышли несколько десятков детей-унионистов.
В третьих же — молдавские парламентарии приняли новые поправки в кодекс по аудиовизуалу. Так отныне, в праймтайм на молдавских телеканалах из 6 часов — 4 часа обязательно должны быть на государственном языке и 2 — могут быть на русском. И даже эти два часа, пришлось с боем выцарапывать молдавской оппозиции, поскольку проевропейская власть хотела отказаться от русского языка вовсе….

Подводя итоги, скажу так: Без укрепления русского языка – Молдова не удержит территорию ПМР, потеряет Гагаузию и, возможно, некоторые северные районы.
Без сохранения русского языка, Молдова не сумеет выстроить полноценные экономические отношения с главным стратегическим партнером – Россией, в которой только по официальным данным сейчас находится порядка полумиллиона наших сограждан.
Без возвращения русского языка, его носителей и этнических меньшинств во все сферы жизнедеятельности страны, у Молдовы нет никакого будущего и ее ожидает в худшем случае поглощение соседней Румынией. В лучшем же – жалкое прозябание на протяжении следующих десятков лет в положении аналогичном нынешнему.
Я не случайно, в самом начале упомянул вопрос «интеграция или дезинтеграция». Сейчас – я его дополню так: интеграция языка или дезинтеграция страны. Или Русский язык будет интегрирован, вернувшись в большинство сфер жизнедеятельности страны, как было ранее — или государство утратив язык, следом потеряет и население и территории. Строго говоря, это даже не вопрос: это – цивилизационный выбор, который стоит сейчас перед жителями Республики Молдова. И лишь от нашего решения, зависит сейчас судьба страны и трех с половиной миллионов ее граждан.







Добавить комментарий

Your email address will not be published.

*

Latest from СтандАРТное

Кто такой РеNATO USA-тый?

Касаемо разительных перемен, произошедших с партией Усатого и лично с самим Ренато…

С Днем Победы!

9 мая — День скорби для Европы. Взрастившая фашизм: о да, Европа
Go to Top